Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
14:36 

И от меня - с днем рождения, Стивен!

sige_vic
One should always eat muffins quite calmly. It is the only way to eat them. (c) *** I could not look at her and not want to touch her (c)
День рождения сегодня у Стивена, а подарок хочется вручить англонеговорящим сообщникам :-)
Я тут перевела кусочек из Big Think Interview, которое было записано в декабре 2009 года. Стивен больше часа отвечает на различные вопросы. Ответы - естественно, чистая импровизация, поэтому расшифровка их выглядит именно как расшифровка монолога, а не подготовленная речь. Имейте это в виду :-)
Целиком по-английски можно послушать и почитать расшифровку вот тут:
bigthink.com/ideas/17862
Под морем - ответы Стивена на несколько вопросов (полностью интервью перевести - увы, у меня пока нет физических возможностей; но если найдется доброволец - будет здорово! :-))


Кто оказал на вас наибольшее влияние?
СФ: Скорее всего, если говорить о влиянии на меня как на писателя – и на мое ощущение языка, – речь идет о комбинации, и прежде всего трех W: П. Г. Вудхауса, Оскара Уайлда и Ивлина Во, британского писателя (и, кстати, имя Ивлин в данном случае мужское). Также я бы добавил к этому перечню Артура Конан Дойля, автора приключений Шерлока Холмса. В промежутке между семью и двенадцатью годами я был одержим Шерлоком Холмсом – и читал и перечитывал снова, снова и снова истории о нем, так что английский язык приобрел для меня ритм и интонации этой величественной викторианской манеры, к которой позже присоединился и Диккенс. Но именно Оскар Уайлд был первым, кто пробудил во мне чувство языка – в той степени, в которой до него никому не удавалось. И, полагаю, также на меня очень сильно повлияло осознание того, каким он был человеком. Понимание того, что ты можешь быть таким непревзойденным интеллектуалом, повелителем слов, при этом очаровательным, добрым, приветливым, и одновременно несчастным человеком, от которого отвернулась удача, - все это было потрясающим открытием для подростка, ведь одна из ловушек переходного возраста – когда ты начинаешь страдать навязчивым страхом, что никогда не сможешь сравняться успехом с другими, что жизнь окружающих всегда будет более счастливой и насыщенной. Словно все остальные побывали на уроке, где учили, как правильно жить, а ты в это время был на приеме у стоматолога – или просто не был приглашен. И вот великие писатели, такие как Уайлд, – они как раз дали тебе это приглашение. Возможно, самое верный показатель истинного величия человека – это когда рядом с ним ты не думаешь, какой он огромный, а сам чувствуешь себя лучше; когда их масштаб подтягивает тебя к новым высотам. Про Оскара Уайлда говорили, что за совместным ужином с ним люди чувствовали себя интеллектуальнее и остроумнее. В наши дни множество британцев заставит тебя почувствовать себя в их обществе менее интеллектуальными и остроумными – в сравнении с ними, – но вот Уайлд оказывал противоположный эффект. Примерно то же самое, что Шекспир говорил про Фальстафа: что он не только сам остроумен, но вызывает остроумие в окружающих.

Кто из философов оказал на вас влияние?
СФ: Философия – странная штука. В повседневной речи можно услышать совершенно смехотворные варианты использования этого слова. Например: «Нет ничего хуже опозданий. Это – моя философия». Можно счесть, что это слишком громко сказано для подобного скучного правила, но вот что интересно – то, о чем говорят философы (во всяком случае те, кого я читал и чьи взгляды ценю), вообще не содержит в себе философии в этом смысле. Ни Сократ, ни Димек, ни Кант не научат вас, как жить. Они не формулируют этических правил и ориентиров, не предлагают философию, которой можно было бы последовать. Они просто поднимают огромное количество вопросов. Так что, в том смысле, который вы вкладывали в вопрос, есть ли важные для меня философы… Мне нравилось такое бертраморасселовское грандиозное путешествие в философию – история философии от так называемых досократиков (Зенона и других) к Сократу, Платону и Аристотелю. Аристотель никогда мне особенно не нравился. Думаю, отчасти это потому… То есть – понятно, что он был блистательным гением и изобрел логику, так что же тут может не нравиться. Наверное, то, что его влияние на средневековое мышление было пагубным со всеми этими категориями… Но потом появился Спиноза, а после него Кант и эпоха Просвещения. А, и Локк. Вот Локк мне нравился. Он был тонким философом, и при этом не… Знаете, вообще слово «философ» может пугать, когда думаешь о логике и символической логике, что приводит тебя к гегелианству, вникнуть в которое ужасно сложно. Это… как попытка ухватить форель. Знаешь, что, чем сильнее ее сжимаешь, тем сильнее она будет биться, выскальзывая из захвата, и вот – бац – ее уже нет, и ты снова за ней гонишься, чувствуя себя при этом ужасно глупо, но… Я думаю, красота постановки вопросов и простоты, получаемой в особенности от Канта, – она потрясающа тем, что… вот как, знаете, говорят, что фракталы получаются благодаря простым математическим законам, так и тут: малюсенькое изящное наблюдение или вопрос о чем-либо тянут за собой массу сложнейших вещей и заставляют тебя все переосмыслить. Так что я действительно думаю, что философия – очень важная сфера, но последнее время мы имеем тенденцию относиться к ней слишком небрежно. Мы даже думаем, что буддизм – это философия. Что-то такое восточное – о том, каким нужно быть добрым и духовным, – мол, так и сойдет. То есть, поймите меня правильно, я, конечно же, верю в доброту, приветливость и множество духовных вещей, но настоящая интеллектуальная строгость и логические изыскания, боюсь, требуют по-настоящему тяжелой работы, а мы живем во время, когда тяжелая работа, если и не презирается активно, то игнорируется и избегается. Люди посмотрят на тебя, нахмурившись, и скажут: «Как-то это скучновато и глупо. А мы не можем быстренько это обойти и поговорить о чем-нибудь типа духовном?» Ну да, почему бы не поговорить о духовном – но не нужно думать, что это философия и что этого достаточно.

Самое важное в философии, как мне кажется, – то, что, даже если это неправда, ты должен безусловно принять для себя, что не существует никакой жизни после смерти. Даже на секунду ты не должен этого допускать, потому что если ты считаешь, что у тебя впереди вечность, в течение которой ты сможешь побеседовать с Моцартом, Шопеном и Шопенгауэром на облачке – и всему научиться, по-настоящему овладеть знаниями, а пока не стоит и беспокоиться… Я считаю, что это ужасная, ужасная ошибка. Вполне вероятно, что жизнь после смерти существует – и тогда я буду выглядеть ужасно глупо, но, по крайней мере, я проведу насыщенную допослесмертную жизнь. Самое главное для меня, как выразился Киплинг, наполнить каждую неумолимую минуту шестьюдесятью секундами пробега. Нет никакого смысла лениться и терять время впустую, хотя божественная праздность тоже может иметь свои преимущества… Ох, все, заткнись, Стив. Давайте следующий вопрос.

Во что вы верите?
СФ: Интересный вопрос. Атеизм – слово практически ругательное; думаю, я бы скорее обозначил себя как гуманиста. Я не верю в Бога. Не верю, что Бог существует. Если бы я верил во что-то божественное – я бы скорее верил в богов. Мне кажется, монотеизм – на редкость жуткая штука. Для меня это ужасное заблуждение. Я прекрасно понимаю, как кто угодно может вообразить, что в каждой вещи, во всем, что прорастает, в каждом явлении, которое сопровождает нас по жизненному пути, – в небе, горах, природе – во всем есть какое-то внутреннее наполнение, душа, которую можно назвать богом этой вещи. Вот это я понимаю. Это красивый и очаровательный взгляд – и я понимаю греческую идею персонифицировать принципы грозы, войны, мудрости – сделать из них Афину, Ареса и какого угодно другого бога. В этом есть огромный смысл. Но утверждать, что бог – один-единственный, и он создал все и… Ну да, это просто… Что? Почему? Кто это сказал? Где? Да ладно! Мне нравится, когда люди смотрят по телевизору что-нибудь вроде передачи Дэвида Аттенборо на «Дискавери Плэнет» – и видят там потрясающую, завораживающую красоту и сложность природы. Вот смотришь на это – и тут кто-то рядом с тобой произносит: «И как ты можешь говорить, что Бога не существует? Ты только посмотри на это!» А потом, через пять минут, ты уже смотришь на жизненный цикл червя-паразита, основная цель которого – влезть в глазное яблоко маленького ягненочка и выесть его изнутри, после чего ягненок погибает в жуткой агонии, – и ты поворачиваешься к этому человеку и спрашиваешь: «Ну, и где теперь твой Бог?» То есть, понимаете, я имею в виду… Нельзя сказать: «Бог есть, потому что мир прекрасен». Нужно принимать в расчет то, что дети болеют костным раком, а также не забывать о том, что почти все животные в дикой природе живут под постоянной угрозой голода и кровавой насильственной смерти. Невозможно выбрать только самое хорошее и объявить это хорошее Богом, игнорируя истинную суть природы. Природа должна рассматриваться в целостности – и она действительно чудесна, просто потрясающа. Считать, что атеист – или, если хотите, гуманист – не может восхищаться реальностью, тем, как все устроено, – просто бессмысленно. Суть в том, что мы точно так же восхищаемся, просто не делаем остановки и не объявляем, что вот это – то, что я не могу понять, я назову Богом, как это исторически делало человечество. Тысячу или две тысячи лет назад Бог был абсолютно всем, потому что мы почти ничего тогда не понимали об окружающем мире. А по мере накопления наших знаний Бог отступал, отступал и отступал – так, что сейчас его почти нигде уже и не найдешь. Он только в тех вещах, которые мы не понимаем, и это важно, но, я думаю, это оскорбление человечеству. Вот греки – они правильно понимали: если божественные существа существуют, они должны быть капризными, недобрыми, коварными, темпераментными, завистливыми и по большей части весьма неприятными. Просто нельзя не признать, что бог или боги как минимум капризны. Определенно непостоянны. И явно не все наполнены любовью.

Я считаю, что самое важное – это самим взять на себя ответственность за наши действия, наши судьбы, за создание наших собственных этических и моральных норм; потому что нет большего оскорбления гуманизму, чем признать, что нам нужен бог для существования моральных принципов. Есть четкий способ продемонстрировать логически, как это абсурдно, потому что основания для этих логических принципов, для этих моральных принципов, исходящих от Бога, всегда проверяются на человеческой морали, и это сложный и спорный вопрос – я имею в виду, из тех стандартных, что практически неразрешимы, но идея, что мы не можем отличить правильного от неправильного и при этом должны ориентироваться на то, что было написано в книге, созданной две, три, четыре, пять, шесть тысяч лет назад для весьма неуравновешенных, невротичных, обитающих в пустыне племен, – она просто оскорбительна. Я имею в виду – если бы Бог существовал, наверное, он хотел бы, чтобы мы были сильнее духом и не руководствовались во всем его указаниями? Разве нет? Если он дал нам свободу воли, разве мог он хотеть, чтобы мы говорили: "Нет, я должен подчиняться всему, что написано в этой книге, – обрезанию, правилам еды и тому, как обращаться с женщинами во время менструации". «Я собираюсь слушаться всего, что здесь написано», «Я не буду думать своей головой, потому что этого от меня не требуется». Да ладно вам. Это просто меня не устраивает. Я ничего не имею против людей верующих и набожных. Я не хочу над ними насмехаться. Я действительно этого не хочу, но будь я проклят, если я позволю им диктовать мне, что мне делать с моим телом, и будь я проклят, если я позволю, чтобы все великие битвы, выигранные Просвещением за последние четыреста лет, были перечеркнуты наступлением новых темных веков. Здесь нужно четко обозначить линию фронта.


Что делает семью хорошей?

СФ: Что делает семью хорошей? Ну, полагаю, очевидно – любовь. Любовь, я думаю, часто приправленная юмором. В семье можно посмеиваться друг над другом и поддразнивать друг друга, и когда люди могут веселить друг друга – я полагаю, это и есть ключевой момент. Юмор – это, знаете, как язык собаки, точнее, ее нос – если он прохладный и слегка влажный, значит, это верный признак, что собака здорова. Думаю, наш эквивалент прохладного влажного носа – это юмор. Когда в семье редко звучит смех – полагаю, это призрак чего-то нездорового или плохо функционирующего. Может быть, слишком много смеха – это тоже какое-то отклонение, кто знает? Семьи все разные. Я еще не встречал никого, кто бы сказал, что происходит… кто бы считал, что вырос в нормальной семье. В детстве все считают, что их семьи странные, и расстраиваются из-за этих странностей. Г.К. Честертон как-то сказал, что это тягостное обязательство – когда нас кидает аист в первый попавшийся дымоход, и мы в итоге должны мириться с компанией незнакомцев, которые на нас уставились. То есть – ну да, у нас общие гены. Мы знаем, что физически родственники - наша плоть и кровь. И в то же время они… Мы их не выбираем. Они – компания незнакомцев. Вот этого мужчину мы должны называть папой, а эту женщину – мамой. Эту девочку – сестрой, а этого мальчика – братом. И все мы связаны на всю жизнь.

Я помню, как-то я... Ну, не скажу, что совсем уж выставил себя дураком. Но, в общем, меня выгнали с собрания Святых последних дней, когда я впервые попал в Солт-Лейк-Сити. Я, как любой обычный турист, гулял по окрестностям – и тут ко мне подошла дама в серой блузке и спросила, хочу ли я здесь осмотреться. Я согласился, и она начала собирать других людей, и тогда я понял, что она – мормон, и она собирается проводить экскурсию, в ходе которого, возможно, будет вербовать в свою веру – мормоны, вообще, знаете, активно этим занимаются. В любом случае, экскурсия была хорошей, и мы посмотрели на храмы и другие достопримечательности, и в какой-то момент она сказала: «Я хочу вам немного рассказать о Церкви Святых последних дней». Мы все вежливо стояли перед ней и слушали, как она рассказывает о том, как в загробной жизни все семьи воссоединятся – и мы останемся с ними навечно. Тогда я поднял руку и спросил: "А что произойдет, если ты будешь хорошо себя вести?" Тогда она попросила меня удалиться, потому что все вокруг рассмеялись. Но это ведь действительно нелепая идея – что хорошего в том, что ты останешься навечно привязанным к каждой своей кузине, и тетке, и... к какому-нибудь дяде-алкоголику с легкими отклонениями. Господи, да это же невообразимо ужасная участь – а они считают, что это уникальное спецпредложение. Ну, вот – это то, что обещает нам церковь. На самом деле, не надо много ума, чтобы понять, что это ориентировано на женщин d’un certain age, как говорят французы, – женщин определенного возраста, которые чувствуют себя одиноко, потому что дети выросли и покинули их, а родители уже умерли, – но у них все еще остается инстинкт пчелиной матки и гнездования, поэтому, когда к ним приходят Святые последних дней и обещают: «Иди за нами – и мы тебе обещаем, что твоя семья снова будет окружать тебя в раю", они считают, что это здорово. Все остальные только подумают: "Бр-р-р".


Что вы посоветуете тем, кто ищет настоящую любовь?
СФ: Полагаю, следует задать себе вопрос: ты хочешь любить или быть любимым? Или… Вот, знаете, можно использовать рискованное и слегка вульгарное сравнение с терминами, которые существуют в гей-сообществе… Забавно, кстати, что его так называют, – я имею в виду: почему у гетеросексуалов нет сообщества? Почему мы не можем сказать: «Это точка зрения гет-сообщества на то-то и то-то?» Ну ладно, в общем, существует такая штука, как разделение на топов и боттомов, что я считаю абсолютно смехотворным и бессмысленным. И все-таки, идея активов и пассивов очевидна, и, думаю, мы можем перенести ее в эмоциональную плоскость. То есть... думаю, существуют люди, которые хотят давать и получать любовь в одинаковой степени, но проблема, которую я встречаю у своих друзей и которую испытываю сам, заключается в том, что люди не могут принять, что хотят неравенства; не понимают, что их партнеру хочется больше дарить любовь, чем получать; или наоборот. Вы понимаете, что я имею в виду? Прекрасно, когда у них все совпадает, но, думаю, люди обычно говорят об одной любви, но потребность любить и быть любимым - не одно и то же; и осознание этого – часть взросления.

Что делает любовь долговечной?
СФ: Что делает любовь долговечной? Хотел бы я знать. Чувства могут ослабнуть – и снова окрепнуть. Полагаю... ну, эти ужасные клише: что вы должны над ними работать, и еще важны взаимопонимание и смех. Смех очень важен. Понимание, что недостатки тоже можно любить – а не стараться их игнорировать или отрицать. Когда вы любите человека, вы любите и его недостатки, – и надеетесь, что он любит ваши. Но я не могу утверждать, что знаю секрет долговечности любви. Надежда – еще одна вещь, которая делает ее долговечной.

@темы: interview

Комментарии
2010-08-24 в 14:42 

marina_ri
Я знаю, кто я такой. Я чувак, который играет парня, который притворяется кем-то третьим.
Спасибо за подарок безъязыким поклонника прекраснейшего Фрая!!!!
Прочту чуть позже, но ах, ах! Ты подумала о нас, дико, просто дико приятно!

2010-08-24 в 14:56 

ускользающее очарование интеллекта
Нет никакого смысла лениться и терять время впустую, хотя божественная праздность тоже может иметь свои преимущества…
Меня прямо окатило ледяным душем зимних вечеров, проведенных в библиотеке с Кантом и другими локками)) Помнится, читать было интересно только Шопенгауэра, и то, наверное, потому что только по антологии... Сорри за оффтопик! Помню это интервью, и тогда еще с интересом принялась слушать про философов и, как всегда и у всех, не получила ответа :)

Отличный перевод, очень душевно, особенно под конец, снова большое спасибо! Ты просто круглосуточный человек-клавиатуромозг! :rotate:

2010-08-24 в 14:57 

current obsession
Помни вкус своей крови
ооо, отличные какие вопросы и ответы!!!
спасибо огромное!!!!
ты такая молодец, что перевела (часть про философов меня подкосила, в оригинале я бы это точно не осилила )))
и какие же у него своеобразные отношения с традиционной религией...
Про любовь - очень здорово, и так по-взрослому...

2010-08-24 в 15:02 

Goshmam
Не рычи!
классное интервью. Про мормонов - просто прелесть.
спасибо большое. всегда приятно послушать мысли умного человека

2010-08-24 в 15:25 

фоина
доброта и жадность
это замечательный подарок, большое спасибо! *__*

2010-08-24 в 15:38 

то ли ангел, то ли бес
sige_vic, ух ты, у Стивена ДР, а с подарками мы :flower: :surprise: Спасибо за перевод, очень интересно!
Но я не могу утверждать, что знаю секрет долговечности любови. Надежда – еще одна вещь, которая делает ее долговечной.
Буду цитировать при случае.

2010-08-24 в 16:51 

Serenity S
asstronomer // боевой интроверт
sige_vic, спасибо за перевод! Замечательное интервью))

2010-08-24 в 16:53 

Regis
быть быть быть
Спасибо! :walkman:

2010-08-24 в 17:12 

спасибо за перевод! очень интересно )

2010-08-24 в 18:19 

Never trust a hug. It's just a way to hide your face.
Спасибо за перевод! это прекрасный подарок к ДР Стивена Фрая.

2010-08-24 в 19:49 

taya ww
there there
миллион благодарностей

2010-08-24 в 20:10 

k8
Великий нехочуха
Огромное спасибо за перевод! Как он всё-таки мудрый человек.

2010-08-24 в 21:04 

Ria-na
Только одно хуже, чем появление кабака, - его исчезновение (с)
Тысяча благодарностей!

2010-08-24 в 22:01 

Silent ghost
Североамериканский кролик-зануда, капитан Смоллетт, Australorp №2
Спасибо огромное! Боже... Он лучший!:beg:

2010-08-25 в 01:19 

Belchester
«Лучше на удивление поздно, чем на удивление никогда» (с)
Спасибо! Чудесный подарок. :heart:

   

A lot of Hugh and Stephen

главная